Актеры советского и российского кино


ИСТОРИИ * ИНТЕРВЬЮ * ЮМОР, ПРИКОЛЫ * ФОТО АЛЬБОМ * ГОЛОСОВАНИЯ + страница 2 * ВИКТОРИНА
ЭРОТИЧЕСКИЕ ФОТО + фото из журналов * ЗАРУБЕЖНЫЕ АКТЁРЫ * ОБОИ * ФОРУМ

.:: КИНОФИЛЬМЫ ::.

Музыкальная драма "Кислород"

Режиссер: Иван Вырыпаев
Сценарист: Иван Вырыпаев
Россия. Кинокомпания «Красная стрела». 2009 г.

Кислород «Он не слышал, когда говорили, не убей, быть может, потому, что он был в плеере. Он не слышал, не убей, он взял лопату, пошел в огород и убил. Потом вернулся в дом, включил музыку погромче, и стал танцевать».

«Хотя на самом деле, все на свете происходит от двух вещей: от безумной любви, то есть от любви такой силы, что она делает человека безумным; и от жажды воздуха, ибо, если окажется человек на сто метровой глубине Баренцова, и скажут ему, что для того, чтобы дышать и выжить надо разрубить лопатой, свою жену в огороде, то так он и сделает, а кто осудит его за этот поступок, тот, либо никогда не любил, либо никогда не задыхался, впрочем, любовь и удушье суть одно и тоже, а если ты не знаешь об этом, то тогда, вообще не произноси таких слов, как «Ислам» и «Нью-Йорк», потому что, только безумной любовью можно оправдать безумную ненависть и наоборот».

После своей первой картины «Эйфория», вызвавшей абсолютно противоречивые мнения, Вырыпаев создал еще более спорное кино. Да и кино ли? Вырыпаев представил на суд зрителей новую форму: симбиоз музыкального клипа, театральных монологов и речитативов (которые произносят по очереди Алексеей Филимонов и Каролина Грушка). Все это приправлено различными технологиями, в числе которых: анимация, хроника, фотосъемка, компьютерная графика.

Иван Вырыпаев о своем фильме: «Я думаю, это картина для тех, кто хочет размышлять о вечном».

Премьера: 8 июня 2009 г. ("Кинотавр"), 30 июля 2009 г.

Главные герои:
Саша (Каролина Грушка)
Саша (Алексей Филимонов)

Эгоцентрический монолог

Сюжет в двух словах. Эффектная рыжая девушка (Каролина Грушка) уходит от случайного мужа к случайному парню (Алексей Филимонов). Приезжает в дорогих очках в Серпухов, спит вместе с парнем в деревенском доме. Парень, между тем, готовый уголовник — недавно убил жену лопатой. В перерыве показывают социальную рекламу про терроризм. Потом герои прячутся от милиции в доме — аттракционе кривых зеркал, где их и убивают.

На официальном сайте «Кислорода» резюме: «Кино нового поколения, рассказанное современным языком». Вот как.

Если бы Иван Вырыпаев после «Эйфории» понизил градус кинематографической изощренности, это было бы огорчительно, но понятно. Однако режиссер Вырыпаев идет на повышение и переносится из бескрайней степи, аккордеонных проигрышей и яростного символизма в бескрайний космос, и это понятно не вполне. Все встало бы на свои места, если только представить, что «Кислород» снимали для инопланетян, которые дышат неизвестным по составу воздухом. С этой точки зрения все было бы оправданно. Тогда было бы понятно, почему Вырыпаев выстраивает примитивный монолог, в котором сразу все объясняет и про внутреннее устройство человека, и про любовь в большом городе, и про неликвидность дизайнерских шмоток в Серпухове, и про убийство на бытовой почве, и про терроризм, и про наркотики, и про библейские заповеди тоже. Тогда было бы понятно, почему он делает упор на максимальной визуализации высказывания, — варварское слайд-шоу, от которого по-хорошему захватывает дух, смотреть гораздо приятнее, чем очередную социальную драму в убогих интерьерах.

Но возвратимся на Землю, и получится, что Иван Вырыпаев снял музыкальный клип продолжительностью 75 минут. А это даже для любителя видеоэстетики в духе Милен Фармер как-то слишком.

Любые попытки обозначить «Кислород» как экспериментальный проект в авторском кино выглядят нелепо. «Кислород», скорее, имеет отношение к современному искусству в его дизайнерском изводе. Поэтому монологи героев — это прежде всего монолог известного частного лица, Ивана Вырыпаева. Этот прием с выпирающим авторским «я», который превращает актеров в картинных марионеток, какой хочешь фильм загубит.

В «Кислороде» актеры задуманы как часть символических декораций, которые выстраиваются перед зрителем под ненавязчиво-романтическое музыкальное сопровождение и поддерживают авторский текст (вот где пригодился акцент Каролины Грушки). Иван Вырыпаев разрабатывает собственную поэтику, но к кино эта поэтика отношения не имеет.

Ритуальный танец Санька после убийства некислородной жены, рыжие волосы Саши, колеблемые ветром, движение героев навстречу друг другу в космосе — наблюдать эту неспешную смену кадров, словно затянувшуюся гламурную фотосессию, очень скучно. Печально, что выбранная режиссером форма победила содержание без особой борьбы. Попытка Вырыпаева быть серьезным и искренним провалилась, а быть просто хорошим ремесленником он, кажется, не захотел. Постеснялся, что ли? Или просто не смог?

Легко и весело трактуя библейские заповеди, Вырыпаев, похоже, свято верит в божественное возмездие. И эта художественная претензия заставляет сублимировать эстетическую радость, накопленную во время просмотра, в поиски смысла. Если герои умерли, значит, это кому-нибудь было нужно? Ведь если это никому не было нужно, тогда было бы просто красиво — и все, так? А тут разбуженная реальность в виде милиционеров с пистолетами. Зачем же ты была, зрелищная иллюзия? Хотя, знаете что — если Вырыпаев включил божественное возмездие в бонус-трек, о нем, наверно, можно забыть или хотя бы умолчать. Глядишь, в следующий раз и вовсе его отменит.

Алена Маслик, № 41/42. РОВЕСНИКИ, http://seance.ru

Искусственное дыхание

Повсюду говорят, что картина «Кислород»—это и не кино вовсе, а так — «проект». Тем не менее одну функцию, присущую далеко не всякому фильму, этот «проект» выполняет хорошо: он гипнотизирует аудиторию. Потому что любое построенное по принципу клипа зрелище в конечном счете гипнотизирует. На зрителя действуют яркие образы и внешне разнообразный, но внутренне одинаковый ритм музыки с речитативом. Дальше остается два варианта — либо ты сразу выходишь из кинозала, отказываясь играть в эти клиповые игры, либо, спокойно признавая свое поражение, отдаешься уносящему тебя течению сменяющих друг друга картинок.

Вообще интересно, почему такой жанр, как «клип» — в самом широком смысле этого слова, — так удобен для всевозможных размышлений на тему миллениума, прихода мессии или конца света и соответствующих им картин? (Вот и в «Кислороде» есть такие кадры, когда нам показывают Землю, объятую войной, и террористические действия в горячих точках.) Во время просмотра становится ясно, что ни о какой структуре не может быть и речи, она, как земля, уходит из-под ног, и после третьей части уже не понимаешь, сколько ты посмотрел и сколько осталось. Наверное, это и есть основное правило клипа — создать ощущение безвременья внутри самого произведения, — когда нет начала и конца. Библейские цитаты соседствуют с жаргоном и матом, а в музыкальном сопровождении ритмический рисунок молитвы постоянно перекликается с мелодиями танцпола. Откуда в этом сумбуре появится философия, на которую упорно намекают авторы, — для меня загадка.

Весь фильм похож на монолог перевозбужденного подростка, пытающего зрителя своими беспокойными вопросами, наскоками, «наездами». История о поиске небывалой субстанции «кислород», которая, как нам ясно из фильма, не соответствует химическому составу этого вещества, но воплощает собой живое дыхание жизни, — обмирщена, уплотнена в плоти и крови. И, соответственно, в пошлости, неправдоподобии, самовлюбленной рефлексии героев, всеядности и вкусовой индифферентности режиссера.

Поэтому мелко говорить о том, что сцена убийства пришла в этот фильм из какой-то чернушной комедии, или о том, что город Серпухов в жизни являет собой ухоженный городок, окруженный яблоневыми садами.

Соединив произвольно приметы разных жанров, режиссер хочет получить приемлемый компромисс между молодежной комедией продюсера Бондарчука и артхаусной социальноострой картиной. При этом он умудряется сохранять надежду на лирическую убедительность. Махнув уж на все рукой, думаешь, что, может быть, действительно поэзия должна быть глуповата? Но режиссеру этого, увы, не хочется: ему подавай, чтобы и лирично, и интеллектуально. Когда влюбленные друг в друга герои задают себе вопрос: «Что же самое главное?», их ответ звучит неожиданно: «Совесть», говорят они. А в первоначальном варианте сценария они говорили: «Секс»…

Любовная тема в «Кислороде» связана с социальными проблемами. Но сами социальные проблемы не анализируются, а даются одним живым сгустком, отчего претензия на социальный диагноз выглядит эмоционально острой, но идеологически инертной. Единственное, что может соединять героев, по мысли авторов, — это, опять же, кислород. И эта убежденность разделялась бы нами, если бы зритель не замечал каких- то пошлых примет современности в духе журнала «Афиша» — «дорогих духов, детского мыла и шампуня из крапивы».

Откуда они берут деньги, чтобы бегать и искать друг друга в Риме, Токио, Лондоне, да по всему миру? Откуда берет деньги съемочная группа? И кто такие эти молодые люди, что их страдания могут быть облечены во всемирный и больше — вселенский — масштаб? И мы отвечаем — «да никто», а потом смиряемся с этим. Мы и сами часто принимаем дорогие духи за «кислород». То, что преподносится как свобода, на самом деле есть образ далеко не свободного, падкого на определенные стереотипы общества. Герои справедливо наказаны за то же, за что была наказана и героиня «Эйфории»: она ходила по степи в кедах и красном платье.

Два мира — московской тусовщицы и паренька из провинции — не могут переварить не свою пошлость. Из-за этого они не только разобщены, но и не равны сами себе. Никому нет дела до чужой социальной пропасти. Перед нами герои, у которых нет проблем, кроме проблемы оправдания собственного существования.

И язык не поворачивается осуждать создателей фильма, как невозможно осуждать подростка, инстинктивно чувствующего, где больнее и тревожнее, и подражающего сразу всему, что он видит. И можно ли возмущаться по поводу «кислородной лопаты» и надо ли говорить, что сравнение сердца с двуспальной кроватью, забрызганной спермой, — дешевое?

В том-то и дело, что подросток не разбирает, что хорошо, что плохо, что в искусстве комильфо, а что нет, он гребет подряд все, что его задевает. И если он считает, что кислород в этом есть, как с ним поспоришь.

Аглая Чечот, № 41/42. РОВЕСНИКИ, http://seance.ru

Фото из фильма

 

Данная рецензия выражает субъективное мнение автора, которое вполне может не совпадать с Вашим. Смотрите сами и делайте собственные выводы.

 

© 2003-2016 RUSactors.ru / Использование сайта http://rusactors.ru/ означает полное и безоговорочное согласие с условиями пользовательского соглашения.